Битва за ювелирный рынок РФ: до вступления в силу соглашения с ОАЭ остаются считанные дни, а защитный механизм Минфина все еще не принят
6 октября 2026 года вступает в силу Соглашение об экономическом партнёрстве между Евразийским экономическим союзом и Объединенными Арабскими Эмиратами, предусматривающее масштабную либерализацию взаимной торговли. Для российского ювелирного рынка принципиальным становится вопрос происхождения ввозимых изделий: тарифными преференциями сможет пользоваться продукция, отвечающая установленным Соглашением критериям происхождения. Однако российский порядок дополнительного подтверждения происхождения ювелирных изделий до сих пор остается проектом, а предложенный Минфином механизм вызывает вопросы у отраслевого сообщества.
Соглашение вступает в силу 6 октября
До начала действия нового торгового режима между ЕАЭС и ОАЭ остается меньше двух недель. Соглашение об экономическом партнёрстве было подписано 27 июня 2025 года в Минске, а после завершения необходимых внутригосударственных процедур датой его вступления в силу определено 6 октября 2026 года.
Документ предусматривает значительную тарифную либерализацию взаимной торговли. Для ювелирной отрасли это означает прежде всего появление возможности поставлять из ОАЭ в страны ЕАЭС изделия с применением предусмотренных Соглашением тарифных преференций — при условии, что товар отвечает установленным правилам происхождения.
Именно последнее условие и стало предметом особого внимания российского ювелирного сообщества. Риск, которого опасаются участники рынка, связан не столько с ростом конкуренции со стороны собственно эмиратских производителей, сколько с возможностью использования ОАЭ как производственного и логистического хаба для продукции из третьих стран.
Примечательно, что сам Минфин в материалах оценки регулирующего воздействия сформулировал проблему практически в тех же терминах. В сводном отчете прямо говорится о возможности ввоза и перемещения на территорию России ювелирных изделий из других стран, заявленных при этом как произведенные на территории ОАЭ. Цель разрабатываемого регулирования — не допустить оборота такой продукции.
Что предлагает Минфин
Для решения этой проблемы Минфин России подготовил проект приказа «Об утверждении Порядка подтверждения происхождения ювелирных и других изделий из драгоценных металлов» с идентификационным номером 02/08/05-26/00168026.
Проект устанавливает общий порядок подтверждения происхождения ювелирных изделий, ввезенных в Россию из государств, не входящих в ЕАЭС, а также перемещенных на российскую территорию из других стран Союза. Проверка должна проводиться Федеральной пробирной палатой до приема изделий на опробование, анализ и клеймение и включать не только представленные импортером документы, но и сведения об изделиях, внесенные в ГИИС ДМДК.
Импортер должен представить в ФПП заявление о подтверждении происхождения изделий, акт государственного контроля, таможенную декларацию, стандартные коммерческие и товаросопроводительные документы, сертификат происхождения товара, а также сведения о решении таможенного органа о выпуске товаров. Аналогичный набор документов предусмотрен для изделий, поступающих в Россию через другое государство ЕАЭС.
На рассмотрение документов ФПП отводится не более трех рабочих дней. Основанием для отказа может стать отсутствие хотя бы одного из необходимых документов, представление недействительных документов, выявление неполной, некорректной или недостоверной информации, а также отсутствие необходимых сведений об изделиях в ГИИС ДМДК. После устранения причин отказа заявитель вправе обратиться повторно.
Таким образом, нормативная конструкция предполагает появление дополнительного фильтра между таможенным оформлением партии и ее передачей на опробование и клеймение.
Приказ все еще проходит регуляторные процедуры
Проблема заключается в сроках. По состоянию на конец сентября приказ Минфина еще не принят. В карточке проекта на федеральном портале проектов нормативных правовых актов завершены публичные обсуждения и антикоррупционная экспертиза, однако документ продолжает проходить процедуры, связанные с подготовкой сводного отчета и оценкой регулирующего воздействия.
При этом сам проект предусматривает вступление приказа в силу со дня вступления в силу постановления Правительства РФ от 13 февраля 2026 года № 132 и ограничивает срок его действия 1 января 2028 года.
Необходимость такого регулирования уже закреплена на уровне правительственных решений: происхождение ввезенных ювелирных изделий должно подтверждаться до их приема на опробование и клеймение. Фактически теперь от приказа Минфина зависит практический механизм этой проверки.
В сводном отчете Минфин оценивает регулирующее воздействие проекта как низкое. По данным разработчика, регулирование затронет 138 импортеров ювелирных изделий, а его основным новым обязательным требованием станет представление в Федеральную пробирную палату заявления и предусмотренного комплекта документов.
Главный вопрос — как определить настоящее происхождение изделия
Наиболее сложная часть проблемы возникает не при проверке наличия документов, а при установлении того, действительно ли товар приобрел происхождение ОАЭ в понимании соглашения о свободной торговле.
Правила происхождения для получения тарифных преференций установлены непосредственно Соглашением ЕАЭС–ОАЭ. В отношении товаров, изготовленных с использованием материалов из третьих стран, происхождение может определяться, в частности, по изменению товарной позиции на уровне первых четырех знаков Гармонизированной системы либо по критерию достаточной доли стоимости, созданной в одной из сторон соглашения; для отдельных товарных позиций предусмотрены специальные правила. Именно соответствие этим требованиям определяет право на тарифную преференцию, а не просто наличие на изделии обозначения «Made in UAE».
В материалах, подготовленных для обсуждения проекта приказа, Торгово-промышленная палата РФ обращает внимание на то, что предусмотренный Минфином механизм в значительной мере строится на документарной проверке. Сотрудник Федеральной пробирной палаты будет делать вывод о происхождении товара прежде всего на основании заявления, коммерческих и товаросопроводительных документов и сертификата происхождения. По мнению авторов замечаний, имеющихся у ФПП инструментов может оказаться недостаточно для проверки фактического происхождения изделий.
Именно здесь возникает главное расхождение между формальным подтверждением происхождения и проверкой реального производственного процесса.
Риск финишной доработки
Особое внимание в материалах ТПП уделено ситуации, когда в ОАЭ поступает не сырье, из которого затем полностью производится украшение, а уже достаточно глубоко переработанные компоненты или почти готовые изделия.
В документе в качестве наиболее чувствительного сценария рассматривается так называемая Finishing & Setting — финишная доработка импортированных из третьих стран ювелирных полуфабрикатов и кастов. В ОАЭ в таком случае могут выполняться закрепка драгоценных камней, окончательная шлифовка, гальваническое покрытие, полировка и лазерное клеймение.
Авторы замечаний отмечают, что сама по себе такая схема еще не означает нарушения: для применения преференции товар должен соответствовать установленным Соглашением критериям происхождения. Однако именно проверка фактического объема переработки и локальной составляющей становится наиболее сложной задачей для российского контролирующего органа, если в его распоряжении находятся главным образом документы, представленные импортером.
Кроме того, в материалах обращается внимание на особенности свободных экономических зон ОАЭ, через которые могут поступать импортные полуфабрикаты. По оценке авторов документа, это дополнительно повышает значение проверки того, какая именно часть производственного процесса действительно была выполнена в Эмиратах.
Подлинный сертификат еще не отвечает на все вопросы
Отдельный риск связан с принципиальным различием между проверкой подлинности документа и проверкой сведений, на основании которых товар получил соответствующий статус.
Поддельный сертификат относительно легко выявить посредством электронной верификации. В материалах ТПП указывается на возможность проверки сертификатов происхождения через официальные электронные сервисы ОАЭ. Однако подлинность сертификата сама по себе еще не позволяет российскому контролирующему органу установить технологическую историю конкретного ювелирного изделия.
Именно поэтому ТПП предлагает в спорных случаях дополнять обычный пакет документов сведениями, позволяющими увидеть производственную цепочку. Среди них названы Certificate of Production — сертификат производственной деятельности, Manufacturer's Declaration с калькуляцией затрат и Bill of Materials, в котором фиксируются этапы превращения сырья и компонентов в готовое изделие.
Логика предложения заключается в том, чтобы ФПП могла проверить не только наличие сертификата происхождения, но и экономическое и технологическое содержание производственных операций, выполненных на территории ОАЭ.
ТПП считает предусмотренного набора документов недостаточным
Фактически спор вокруг проекта приказа сводится к вопросу о глубине контроля.
Минфин предлагает универсальный механизм, распространяющийся на импорт ювелирных изделий в целом и основанный на установленном перечне документов и данных ГИИС ДМДК. ТПП, напротив, обращает внимание на специфический риск, возникающий именно в связи с новым соглашением с ОАЭ: если задача состоит в предотвращении использования тарифных преференций для продукции третьих стран, одной проверки стандартного сертификата происхождения может быть недостаточно.
Это замечание непосредственно связано с первоначальной целью самого проекта. В сводном отчете Минфина говорится, что непринятие приказа создает риск применения положений соглашения с ОАЭ к ювелирным изделиям, фактически не произведенным на территории Эмиратов.
В то же время разработчик считает выбранный механизм достаточным. В разделе об оценке рисков Минфин указал, что рисков недостижения поставленных целей в ходе проведенного анализа не выявлено.
Таким образом, расхождение достаточно принципиально: ведомство считает документарную модель проверки достаточной для достижения поставленной цели, тогда как представители делового сообщества предлагают дать ФПП дополнительные инструменты для проверки фактической производственной составляющей.
Предложения ТПП Минфин не поддержал
По итогам рассмотрения замечаний предложение ТПП получило статус «Не учтено».
Из ответа разработчика следует, что Минфин исходит прежде всего из универсального характера будущего порядка. Приказ разрабатывается во исполнение Правил опробования, анализа и клеймения ювелирных изделий и не предназначен исключительно для контроля продукции из ОАЭ. Кроме того, проект не предусматривает самостоятельной предварительной процедуры проверки представляемых документов, а заявитель после устранения причин отказа имеет возможность повторно обратиться за подтверждением происхождения.
Именно это обстоятельство теперь становится одним из главных вопросов для рынка. Защитный механизм создавался в том числе в ответ на конкретно сформулированный риск ввоза продукции третьих стран под видом произведенной в ОАЭ, однако сам порядок в итоге проектируется как универсальная процедура для импортных ювелирных изделий независимо от государства их происхождения.
Между таможенной преференцией и пробирным контролем
С 6 октября две системы должны фактически начать работать последовательно.
Сначала при ввозе товара решается вопрос о его происхождении и возможности применения тарифной преференции в соответствии с Соглашением ЕАЭС–ОАЭ. Затем ювелирные изделия должны пройти российские процедуры государственного контроля, учета, опробования и клеймения.
Минфин пытается создать дополнительный контур именно на втором этапе: даже после таможенного выпуска происхождение изделий должно получить подтверждение Федеральной пробирной палаты до их приема на опробование и клеймение.
Но здесь возникает правовой и практический парадокс. Если документ о происхождении уже выдан уполномоченным органом страны-экспортера и принят при таможенном оформлении, российской ФПП необходимо иметь достаточно четкие основания и инструменты, чтобы не просто повторно проверить наличие того же документа, а выявить случаи, когда сведения о происхождении вызывают обоснованные сомнения.
Именно поэтому спор о проекте приказа нельзя свести к технической дискуссии о количестве справок. На самом деле речь идет о том, что именно государство собирается проверять — комплектность документов или фактическую производственную историю ювелирного изделия.
Считанные дни до нового режима
Ситуация складывается необычная. С одной стороны, государство заранее увидело проблему: риск поставок продукции третьих стран под видом произведенной в ОАЭ прямо зафиксирован Минфином в документах ОРВ. С другой — к концу сентября порядок, который должен этот риск снижать, все еще не утвержден, а предложенная модель проверки подвергается критике именно за недостаточную глубину контроля.
После вступления соглашения в силу практика довольно быстро покажет, насколько существенным окажется этот риск для российского рынка. Многое будет зависеть не только от текста будущего приказа, но и от того, какие сведения ФПП сможет фактически получать и проверять при возникновении сомнений в происхождении конкретных партий.
Если работа системы сведется преимущественно к сверке заявления, сертификата и сопровождающих документов, главный вопрос останется открытым: сможет ли контроль отличить действительно произведенное в ОАЭ ювелирное изделие от продукции, получившей эмиратское происхождение после переработки компонентов из третьих стран.
Именно от ответа на этот вопрос будет зависеть, станет ли новый порядок реальным инструментом защиты российского рынка от неправомерного использования тарифных преференций или превратится преимущественно в еще одну обязательную документальную процедуру для импортера.
Источник: uvelir.info